Главная страница
 Обратная связь
 Каталог сайтов
 
 
 Алеутские сказки
 Долганские сказки
 Ительменские сказки
 Керекские сказки
 Кетские сказки
 Корякские сказки
 Саамские сказки
 Тувинские сказки
 Удэгейские сказки
 Ульчские сказки
 Хантыйские сказки
 Чукотские сказки
 Шорские сказки
 Эвенкийские сказки
 Эвенские сказки
 Энецкие сказки
 Эскимосские сказки
 
  Приобретайте оборудование для газа на сайте robikon.com.
  
 
 

Волшебная шапка


Давным-давно недалеко от стойбища Караты-хана жил один трудовой человек. У него было три сына, младшего звали Астам. Построил отец каждому сыну по юрте и говорит старшему сыну: «Сегодня, мой сын, иди переночуй в своей новой юрте. Какой увидишь сон, завтра мне поведаешь». Утром отец спрашивает: «Ну, какой сон приснился тебе, мой старший сын? Каков сон, такой и жизнь будет твоя». Сын отвечает: «Во сне я ходил по тайге, промышлял. Много соболей, лисиц, выдр и других зверей добывал, за бесценок баю отдавал».

- Эзе, мой сын, ты вечный охотник будешь, трудовую жизнь будешь проводить, кровавым потом добытую пушнину так же, как и я, баям-купцам за бесценок будешь отдавать.

Среднему сыну говорит отец: «Иди ты, мой средний сын, ночуй в своей новой юрте, какой сон приснится, такая жизнь у тебя будет». Пошел средний сын в свою новую юрту ночевать. Утром пришел к отцу. Отец спрашивает: «Ну, мой сын, рассказывай, какой сон тебе приснился в своей новой юрте?»

Отвечает средний сын: «Во сне я видел охотников, пушнину у них покупал, потом баю продавал, много барыша взял».

- Эзе, мой сын, нечестную жизнь ты будешь проводить, людей будешь надувать, пот людской высасывать - добра себе наживать.

Подзывает к себе младшего сына: «Ну, а теперь твой черед, мой сын Астам, ты ночуй в своей юрте, какой сон приснится, такая и жизнь потечет твоя».

Утром спрашивает отец о том сына, какой сон он видел, ночуя в своей новой юрте. Астам в ответ: «А тебе какое дело, на что тебе знать мой сон?» За такие слова схватил плеть отец и выпорол Астама. На следующий день спрашивает. Тот же ответ дает Астам. Отец пуще выпорол сына. На третий день спросил, такой же ответ держит Астам. Разгневался отец еще пуще, плетью угощает Астама. «Пойду к самому Караты-хану великому, пожалуюсь. Пусть он тебя хорошенько проучит. Ему скорее расскажешь, коли мне не хочешь поведать», - говорит отец сыну.

И пошел с жалобой на сына к Караты-хану. Зашел во дворец.

Голову преклоняя, поздоровался.

- По какому делу ко мне пришел, трудовой охотник-человек? - спросил его хан.

- Эзе, могучий мой хан. Мой младший сын Астам, впервые ночуя в своей новой юрте, видел чудесный сон, а мне, отцу, поведать не хочет. Я его трижды плетью выпорол, все равно не хочет рассказать. Вот пришел к тебе, мой великий хан, с жалобой на сына родного.

- Анчы-кижи (охотник-человек), потребую я твоего сына к себе. Тебе не хочет поведать, мне расскажет, не захочет - заставлю, - говорит Караты-хан.

Наутро приходят два чайзана и говорят, что Астама требует к себе великий Караты-хан.

- Караты-хану я не должен, и он мне не должен, зачем мне идти к нему? - сказал Астам.

Чайзаны (ханские слуги) пошли к хану и доложили. Караты-хан рассердился, загремел, как гром, засверкал, как молния.

- Да как он может мне, великому хану, так отвечать?

Раз свистнул, раз топнул, четыре чайзана перед ним как вкопанные встали

- Что делать? Кого бить прикажешь, наш ханствующий хан? спросили слуги.

- Немедленно привести мне Астама. Если сам не пойдет, то руки-ноги свяжите и притащите ко мне!

- О, великий хан! Будет исполнено, - сказали чайзаны.

Пришел Астам вместе с ханскими слугами, низко поклонился, поздоровался: «Эзенок, здравствуйте, наш великий ханствующий хан, господствующий господин!»

Хан ласково принял Астама, посадил за стол, стал угощать его разными яствами и напитками. А потом спрашивает: «Ты, ночуя в своей новой юрте, видел какой-то таинственный сон, отцу своему не поведал, поведай мне».

- Никому не поведаю, - отвечает Астам.

Тут рассерженный хан как гром загремел, как молния засверкал. У Астама по телу озноб пробежал.

- Мне, хану великому, так отвечаешь? Я тебя, подлеца, в пещеру загоню, там в заточении сгниешь! Или голову сниму. Поведаешь сон – помилую, не поведаешь - задавлю, как мышонка.

- Куда хочешь, туда и девай, на то твоя ханская воля, а сна моего не услышишь.

Раз топнул Караты-хан, раз свистнул, два чайзана явились, повели Астама в пещеру, вход завалили каменной плитой.

А младшая сестра Караты-хана, увидев красавца Астама, влюбилась в него и тайком от брата стала таскать пищу и кормить Астама.

Однажды спрашивает Астам у девушки-красавицы: «Скажи, какие новости есть в вашем ханстве-государстве?»

Отвечает девушка: «Нет у нас особенно важных новостей, вот только мой брат Караты-хан жениться вздумал. В далекой земле живет девушка-премудрая без отца и без матери. Такая красавица, что ни пером описать, ни в сказке рассказать. Вот он ее и сватает. Но она ему одно задание прислала, отгадать требует».

- А какое это задание, поведай. Может быть, я помогу, - говорит Астам.

- А вот какое. Одно бревно она прислала и так его обтесала и закрасила, что ни вершины, ни комля не узнать. Она требует, чтобы мой брат установил, где комель и где вершина. Со всего стойбища народ собрался, а никто не может узнать, где вершина, где комель.

- Вот что надо сделать, - отвечает Астам. - То бревно надо положить поперек течения реки, какой стороной повернется бревно книзу течения, та сторона и будет комель, другая - вершина.

Рассказала девушка брату все, что рассказал ей Астам.

- Откуда узнала об этом, сестрица? - спросил Караты-хан.

- Посаженный тобой в пещеру Астам рассказал, - ответила сестра.

-А как ты к нему попала?

- А я шла мимо этой пещеры, он к щели позвал меня и сказал, что нужно сделать с бревном.

Велит слугам-чайзанам тащить бревно к воде великий хан, положить его поперек течения реки. Течение повернуло бревно комлем вперед, и поплыло бревно. Обрадовался хан, сделал своей рукой печать на бревне, где вершина, где комель, немедленно отправил к девушке-премудрой.

Прошло ни много, ни мало времени. Скоро сказка сказывается, но дело медленно делается. Из далекой земли гонцы вернулись и такую весть привезли от девушки-премудрой:

- Молодец, Караты-хан, что отгадал мою первую загадку.

Теперь я еще три задания дам. Исполнишь их, то буду твоей женой, если нет, то с ханства ты долой.

Узнав об этом, опечалился Караты-хан, голову повесил.

- Что загоревал? Отчего голову повесил, братец? - спросила сестра.

- Как же мне не горевать, сестрица? С первым заданием кое-как справились, а тут еще три задания предлагает моя суженая девушка-премудрая.

- Эзе, братец, хочешь я тебе помогу найти человека, который поможет выполнить все ее задания?

- О, сестрица, родная, почему не хочу? Найди, пожалуйста, поскорее.

- Вот, братец родной, зря ты посадил в пещеру в заточение молодца Астама. Мудрее его человека в нашем ханстве-государстве не сыщешь. Какой ты глупый, братец, а ханом считаешься.

Немедленно повелел хан Астама освободить из пещеры.

Предстал Астам перед великим ханом. Приветливо встретил его Караты-хан, за стол посадил, угощать стал.

- Астам, ты не серчай на меня за то, что я тебя в пещеру посадил. Сделай мне одну услугу, помоги мне девушку-премудрую сосватать, ее задания и загадки разгадать. Мудрее тебя нет никого в моем ханстве-государстве.

- Твоя воля, господин, чего повелишь, то и буду исполнять, но и мне что надо, ты тоже исполняй, - говорит Астам. - Собери весь народ, тебе подчиненный, выбери одиннад­цать молодых парней, точь-в-точь похожих на меня. А пока отпусти меня домой на три дня. Через три дня буду здесь как штык.

Делать нечего, хан Астама домой отпустил. Мало ли, много ли шел, до родного улуса Астам дошел, в отцову юрту зашел, взял кожаную сумку отца и топор. Побежал в тайгу глухую, добежал до белокорого березового пня, который видел во сне. Живо срубил и свалил белокорый пень. Оказалось в этом пне дупло, а в дупле шапка-невидимка лежит. Взял он эту шапку-невидимку в руки, и надивиться не может: пень и шапка оказались точь-в-точь, как видел во сне в своей новой юрте.

Пришел к юрте отца, надел шапку и зашел в юрту. Поздоровался, но его никто не видит и не слышит. Погостил у отца и пошел к Караты-хану. Видит, со всего ханства народ собрался, стоит как темный лес, а Караты-хан из среды народа выбирает молодцев. Увидал Караты-хан Астама, обрадовался. Стали вместе выбирать.

- А теперь, - говорит Астам, - одень нас и обуй одинаково да резвых коней нам дай.

Когда все было готово, отправились в путь-дорогу. Самому хану пару вороных, резвых коней золотыми седлами оседлали, одного Караты-хан на повод взял для невесты, и отправились в путь. Много ли, мало ли ехали, много гор перевалили, много рек переплыли, наконец-то земли премудрой девушки достигли.

В этой далекой земле много народу живет, много стад пасется, стойбище немалое стоит. В крайнюю юрту заехали, там оставил 12 молодцев Караты-хан, и один поехал к девушке-премудрой. В середине большого стойбища стоит красивый шатер, в нем девушка-премудрая живет. К шатру хан подъехал, взял подарки из золота и серебра и пошел к девушке.

- Эзенок, здравствуй, премудрая девушка, моя суженая.

Со златыми, серебряными, жемчужными подарками я приехал к тебе.

- О, хан, Караты-хан, слов нет, подарки твои драгоценные, но ценны ли, богаты ли мысли твои? Не богатства мне твои, а мысли нужны. Дам я тебе задания, если выполнишь, стану твоей женой, если нет, не быть тебе мужем моим и ханом тоже не будешь. Вот бумага тебе, подпись поставь свою.

- О, моя суженая, зачем же так? Разве нельзя иначе? - говорит Караты-хан.

- Нет. Иначе нельзя. Кто окажется мудрее меня, того женою мне быть. Хочешь, задания мои выполняй, не хочешь - восвояси обратно кати.

Делать нечего, взял бумагу, подписал и печать свою поставил Караты-хан.

А девушка-премудрая такое задание дает: «На левую мою ногу к завтрашнему дню ботинок сшей, чтобы на нем не было ни шва, ни гвоздей, и чтобы он как луна сверкал; а на правую ногу я сама приготовлю».

Что делать? Караты-хан голову повесил и со слезами вернулся к слугам своим.

- Что случилось, хан мой великий? - спросил Астам. - Великий тополь на тебя свалится или великий гром грянет на тебя?

Поведал Караты-хан свою беду.

- Это ничего, мой великий хан, это не беда, а беда впереди. Ночь впереди, ляг, усни, к утру все будет готово.

Уснул, успокоился Караты-хан. Астам надел шапку-невидимку и поспешил к девушке-премудрой. Вошел в ее шатер, видит: девушка куда-то собирается, наилучшие кожи берет и в сумку кладет. Астам подошел, тоже полную сумку наклал. Вышла девушка. Астам за ней. Далеко ли, близко ли шли, к одной юрте подошли, а там седой старик за шитьем сидит. Девушка-премудрая заказ свой дает старику: сшить на правую ногу к утру такой ботинок, чтобы не было ни одного гвоздя в нем и ни одного шва.

Старик принял заказ и приступил к работе. Наш Астам. на старикову работу глядя, шьет ботинок на левую ногу. К утру старик закончил ботинок. Астам тоже. Девушка взяла ботинок, со стариком рассчиталась и пошла домой. Астам дома начал будить хана.

- Вставай, мой хан великий, ботинок уже готов.

Хан на ноги вскочил, ботинок схватил, в шелковый платок завернул. На Астама и косо не глянул, к девушке-премудрой поспешил. Ласково встретила она Караты-хана.

- Ну, как дела, великий хан? Готов ли твой ботинок?

- Конечно, готов. Точь-в-точь, как твой, сшил я ботинок.

- Молодец, Караты-хан, большая смекалка у тебя. Но твоя ли рука делала, твой ли разум работал? Поживем, узнаем.

- Ну, теперь твоя душенька довольна? Пора нам две головы в одну соединить.

- О нет, не торопись, пожениться успеем. К этим ботинкам платье ведь надо. Вот к завтрашнему утру сшей мне такое платье, в котором пусть не будет ни одной ниточки и шва, чтоб на нем были нарисованы все твари, какие только есть на белом свете. Пусть это платье как солнце сияет и как месяц сверкает. Такое платье к утру у меня будет готово, пусть такое же платье у тебя тоже будет готово к утру. Утром завтра сравним твое платье с моим. И если будет маленькая несхожесть, не получишь моей руки, ханом тебе не быть.

Караты-хан опять голову повесил, горько заплакал, вернулся к слугам. Астам и спрашивает его: «Что случилось, мой великий хан? Отчего буйну голову повесил? Не гром ли великий хочет грянуть на тебя? Не великий ли тополь повалиться хочет на тебя? Какое горе-несчастье постигло?»

- Чую, что великий гром хочет грянуть на меня, великий тополь хочет навалиться на меня.

И поведал Караты-хан Астаму про задание девушки-премудрой.

- Не тужи, мой хан великий, это не беда, а беда впереди, ложись, спи спокойно, до утра далеко. К утру все будет сделано. Хотя Караты-хан на меня и косым глазом не глянул вчера, но помогу в беде.

Услышал сие хан, повеселел, сердце успокоилось, лег и уснул.

Астам, как только все уснули, достал из сумки шапку-невидимку и надел, никому не видим стал. Вышел из юрты и пошел к девушке-премудрой. Видит: собирается она, разноцветный шелк взяла и пошла. Астам рядом с ней пошел, но она не видит его. Дошли до юрты одной, зашли в нее, а там за столом сидит седая старуха, которая выкройки выкраивает и шьет.

Заказ дала девушка-премудрая старухе, охотно согласилась та взяться за работу. До полночи работали вместе старуха и девушка-премудрая. Такое платье сшили, что ни в сказке сказать, ни пером описать: все растения, какие есть на свете, зеленея, будто растут на платье, будто цветами разными цветут, и животных каких только нет на платье, птицы, как живые, расправили крылья. Подобно солнцу сияет, подобно месяцу сверкает платье. Положили старуха и девушка платье на стол, а сами легли отдыхать. Астам спокойно подошел невидимый, взял платье, в свою сумку положил и вышел. Хватились платья, а его и след простыл. Пришлось шить снова.

Наш Астам на квартиру вернулся, лег спать. Платье на стол положил. Караты-хан утром проснулся, глазам не верит: платье как солнце сияет, как месяц сверкает, все живое на земле на нем нарисовано. Обрадовался пуще прежнего, а на Астама и косо не взглянул. Схватил он платье, завернул в шелковый платок, поспешил к девушке-премудрой.

- Эзенок. Здравствуй, моя суженая!

- Эзен, здравствуй, хан великий! Рано зовешь меня своей суженой, исполнил ли мое задание? Сшил ли платье?

- Выполнил, выполнил, моя суженая!

С гордостью достал платье, и оказались два платья точь-в-точь одинаковы, да такие хорошие, что не видел никто никогда.

- Ну, моя дорогая, чай теперь твоя душенька довольна? Пора головы наши объединить.

- О, хан великий, не спеши. Еще успеем. Вот мое еще третье задание выполни, тогда посмотрим. Хотя не твоя рука и не твой ум два моих задания выполнили, а чужие. Третье задание мое будет такое: достань три золотых волосинки из головы, три волосинки - из золотой бороды. Достанешь - и я буду твоя, не достанешь - ты больше не хан в своем ханстве.

Опять Караты-хан голову повесил, загоревал и заплакал, к слугам своим вернулся. Астам опять спросил: «О чем загоревал, мой хан великий?»

- Как же мне не горевать, голову не повесить? Девушка-премудрая мне трудное задание дала.

Поведал он Астаму задание девушки-премудрой.

- Ничего, хан мой великий, хотя ты на меня и косо не взглянул, но из уважения к своему хану я помогу тебе, Караты-хан. Но это еще не горе, а горе будет у тебя впереди.

Услышав сие, хан успокоился и обрадовался.

Улучив время, Астам надел шапку-невидимку, сразу стал невидимый и пошел к премудрой девушке. Видит: куда-то она собирается, разные вина берет, разные яства, заворачивает белошелковую скатерть и белошелковую кочму. Вышла, оседлала бело-серого коня, все вещи на седло навьючила. На коня вскочила, как летучая мышь, к седлу прильнула. Астам вскочил позади на спину коня, душа девушки его не узнала. Ускакали далеко ли, близко ли. До озера доехали, на зеленой лужайке остановились. Со спины коня соскочили. Белошелковую скатерть и кочму на лужайке постелила девушка-премудрая. Вина разные и яства на скатерть поставила и стала кликать: «Подводный дедушка, мой дорогой, твоя внучка к тебе с большим угощением приехала. Выходи, дорогой, мое угощение прими!» Не успела так крикнуть, море (озеро) заволновалось, расступилось. Из-под воды вышел с золотыми волосами и золотой бородой старичок.

- О. Эзенок. Здравствуй, мое милое дитя! Давно тебя жду, не дождусь. Чего так долго не была у меня, забывать, видно, начала?

Девушка, голову низко склонив, поклонилась и бросилась в объятья деду.

Уселись друг против друга, угощаться стали. Разные вина старик попивает, разные яства кушает. Слегка опьянел старик, на кочму лег отдохнуть.

- Давай, дедушка, на голове твоей вшей поищу-ка.

Стала девушка волосы перебирать. Незаметно три золотых волосинки выдернула, а потом, бороду поглаживая, выдернула три волоска из бороды. Завернула волосы в золотой платок. Астам подошел невидимый и тоже вырвал целый пучок волос.

- Ой, что делаешь, внучка моя? Больно же, осторожно ищи! - кричит старик.

Оглянулась девушка кругом - никого нет. Вскочил на ноги обиженный старик, побежал, в воду прыгнул, тут его и видели.

Думает девушка - кто же это такой. Хану-дурачку не быть таким молодцом! Села верхом на коня и ускакала. Астам тоже не отстал, вернулся к товарищам, нашел их спящими. Золотые волосы на стол положил, а сам лег и уснул.

Утром Караты-хан видит: на столе лежит пучок золотых волос. Обрадовался великий хан, на Астама и косым глазом не взглянул. Схватил и поспешил к девушке-премудрой.

- Эзенок, здравствуй, моя суженая!

- Эзенок, великий хан, сначала задание мое выполни, а потом суженой меня называй.

Сказав это, положила на стол девушка-премудрая золотой волос, а Караты-хан рядом положил добытый Астамом. Ахнула девушка и говорит: «Эти волосы не твоей белой ручкой добыты, а чужой. Не твоя голова работает, а чужая, но она оказалась в твоих руках. А теперь приведи двенадцать своих слуг, полюбуюсь я на них, а пожениться успеем».

Пошел к слугам Караты-хан и говорит: «О, слуги мои верные, вас моя суженая требует, на вас хочет посмотреть, пойдемте-ка скорее».

По дороге шепчет Астам друзьям: «Эзе, мои друзья, все вы одинаковы, все вы добры молодцы-удальцы. У девушки-премудрой мы будем ночевать. Все, что буду делать я, вы делайте то же самое». Заходят в шатер, впереди идет Караты-хан, а за ним - двенадцать молодцев.

- Ну, душенька моя суженая, всех слуг моих верных я доставил, чего изволишь сама, то и делай с ними.

- Довольна, довольна, хан великий, поженимся мы с тобой потом, а пока твои слуги - добры молодцы - пускай погостят у меня.

Всех молодцев за стол посадила, самым лучшим кушаньем накормила, самой крепкой аракой угощает, а великий хан у порога сидит, слюну глотает и думает: «Постой, пос­той, моя суженая. В твоей земле ты госпожа, уедем в мою землю - я буду господином, через игольное ушко увидишь ты свет, из собачьей чашки еще покормлю я тебя». Так си­дит, думает великий хан, а девушка-премудрая все узнает и думает: «Напрасно ты мечтаешь, злодей. Кто кого - узнаем потом».

Красное солнце закатилось, темная ночь наступила. Всем двенадцати молодцам постелили пуховые перины, пуховые подушки под головы положили. Все враз легли, враз уснули, слегка хмельные. Девушка-премудрая пришила Астама за рубашку к постели. Проснулся ночью Астам, тихонько поднялся, пришил остальных молодцев. Видит девушка-премудрая, что обман не получился, и говорит: «Подойди ко мне, Астам, покажись!» Все сказали в ответ: «Я Астам!» и подошли к девушке-премудрой. Все на вид и рост одинаковы, румяны, красивы. Потерялся среди них Астам.

Нечего делать. Всех опять за стол посадила, пуще вчерашнего угощает лучшими яствами, самой крепкой аракой поит, а Караты-хан лишь слюну глотает.

- Ну, моя дорогая, теперь твоя душенька довольна? Настало время в мою землю отправляться, две головы наши соединить. Нагляделась ли на моих молодцев?

- Нет, еще не нагляделась, еще полюбуюсь. А в твое ханство уехать еще успеем, - отвечала девушка-премудрая.

Повечерело, насупила ночь. Уснули охмелевшие от крепкой араки молодцы. А девушка не спит. Подошла к Астаму и выстригла с виска его волосы. Проснулся молодец, заметил, что волосы у виска сострижены. Взял ножницы и подстриг всех своих товарищей так же. Лег и уснул.

Утром девушка говорит: «Эзе, Астам, мой друг, подойди ко мне, посмотрю на тебя».

- Я Астам. Я Астам, - звучит со всех сторон. Подошли все двенадцать молодцев к девушке.

Видит она: у всех волосы одинаково выстрижены. Смутилась девушка, голову повесила, делать нечего. Говорит она: «Эзе, Караты-хан, нагляделась, насмотрелась я на твоих молодцев, поедем в твое ханство. Погляжу я на ханство и мудрость твою. Если мудрый ты хан, получишь руку мою, нет - получит другой».

Со слезами попрощалась девушка с родной землей, с народом родным.

Мало ли, много ли ехали, доехали до земли Караты-хана.

- Ну, теперь, моя дорогая, две наши головы соединим, великий той устроим на весь мир.

- Повинуюсь, великий хан. Но прежде чем наши головы соединить, исполни еще одно мое желание. Повели найти такой казан на 90 ведер воды. Повели собрать 90 ведер молока и вскипятить. Я выхожу замуж не за простого человека, а за хана великого. И хочется мне перед свадьбой полечиться не простой водой, а кипяченым молоком.

Нашли казан на 90 ведер. Закипело молоко. Зовет девушка-премудрая помыться великого хана.

Подошли к казану и видят: молоко так кипит, что пар на небо столбом поднимается.

Говорит девушка-премудрая:

- Вот хорошо, помоемся-ка давай в кипяченом молоке. Сначала помоюсь я, а потом ты. Вскочила девушка на край казана, наклонилась и стала греть свое лицо паром кипящего молока. Нагрев лицо, отскочила прочь и говорит: «Вот я помылась, а теперь твой черед».

Встал на край казана Караты-хан и стал греть лицо. Девушка-премудрая незаметно для других его подтолкнула. Караты-хан и вскрикнуть не успел, свалился и сварился.

Крик, шум поднялся, народ со всех концов собрался. Поклонилась девушка-премудрая народу и сказала: «Азе, народ добрый. Как вам тяжело под властью такого дурака-хана жить?»

Тут собравшийся народ в один голос заговорил:

- Туда ему дорога. - Собаке - собачья смерть. Много мы слез пролили. Много горя вынесли!

Выберем сами главу - правителя нашего!

На небе солнце яснее засияло, светлее месяц засверкал. Земля зеленою травой, как весной, цветами покрылась, зацвела, деревья листвой зеленой оделись. Умолкнувшие пташки снова запели, защебетали, даже под водой рыбы запели, наших друзей прославляя. Тут наши молодые Астам и девушка-премудрая встретились и улыбнулись друг другу, влюбились и поженились. Той на весь мир устроили и в сказочном мире счастливо жить остались. А я в этот солнечный мир вернулся, тут и сказу моему конец.

В обработке Степана Торбокова


<<<Содержание