Главная страница
 Обратная связь
 Каталог сайтов
 
 
 Алеутские сказки
 Долганские сказки
 Ительменские сказки
 Керекские сказки
 Кетские сказки
 Корякские сказки
 Саамские сказки
 Тувинские сказки
 Удэгейские сказки
 Ульчские сказки
 Хантыйские сказки
 Чукотские сказки
 Шорские сказки
 Эвенкийские сказки
 Эвенские сказки
 Энецкие сказки
 Эскимосские сказки
 
  Золотая рыбка Детская игровая комната в Челябинске.
  
 
 

Как птицы паштыка выбирали


Когда земля только что с водою разделилась, на вершине поднебесной горы жил сам творец птиц - Чаячи.

Однажды летом жена ругать его стала:

- Пошто ты, Чаячи, такой? Все лежишь да спишь, как барсук. Весь опух ты от сна, словно рой пчел тебя искусал. Глаза твои не видят, а уши не слышат, как вокруг свистят и кричат птицы, хоть впору на небо перебирайся!.. А ты, Чаячи, есть ли, нет ли - все равно. Сколько я тебя знаю, ты ни одну птицу еще не наказал.

- Однако ты верно говоришь, - согласился Чаячи, - надо будет некоторым птицам головы поснимать.

Сказав это, Чаячи вскочил с пуховой постели, быстро оделся, взял свою кривую саблю, торопливо спустился с горы и зашагал по чистому полю.

Около болота, вытянув шею, важно разгуливал длинноногий Журавль.

- Т-ру, тру! - обрадовался Журавль, увидев творца птиц.

- Эзен, здравствуй, - сказал Чаячи. Журавль поклонился и стал расспрашивать:

- Как вы изволили спуститься к нам, по каким делам? "Что сказать? - задумался Чаячи. - Если сказать, что голову многим рубить, как-то нехорошо..."

- Порядка не стало среди птиц, - сказал он.

- Тр-у! - закричал Журавль. - Значит, паштыка выбирать?

- Да-да, - подтвердил Чаячи.

- Может, я подойду в паштыки? - спросил Журавль и стал важно ходить перед Чаячи.

- Да, пожалуй, тебя и выберем, - сказал Чаячи, - только собери сюда всех птиц.

- Это я вмиг сделаю, - заторопился Журавль и полетел, громко выкрикивая:

- Тру, тру, тру! Собирайтесь скорей, паштыка выбирать будем!

Через две-три ночи собрались почти все птицы, прилетели большие и маленькие, страшные и красивые. Всеми цветами перья их переливались.

Теперь уж ни одна птица не шумела и не кричала. Все уселись в круг и молча поглядывали на Чаячи и на Журавля.

Журавль козырем похаживал, порядок наводил, больших птиц назад отталкивал, маленьких поближе к Чаячи ставил.

В это время Чаячи книгу свою развернул, посмотрел, все ли в сборе.

- А где короткокрылый Чаблак? - спросил он.

- Я ему прямо в ухо кричал, - ответил Журавль.

-Если он отлынивать начал, надо ему голову снять. Так и сделаем, - сказал Чаячи, взявшись рукой за саблю.

Еще слова эти не замолкли, птицы не успели глазом моргнуть, как Чаблак у ног Чаячи опустился.

- Где ты был? Заставляешь нас ждать! - закричал Чаячи, вынимая саблю из ножен. - Я тебе, не сходя с места, голову сниму!

- Долго ли это сделать? - спокойно ответил Чаблак. - Лучше спроси, почему я опоздал.

- Ну, скажи, почему позже всех прилетел?

- Я не виноват, - ответил Чаблак. - Сам же ты дал мне такие маленькие и слабые крылья. Пролечу несколько саженей, падаю на землю и отдыхаю. Днем лечу, а ночью на счетах подсчитываю.

- А что же ты ночью считаешь? - удивился Чаячи.

- Считал, - сколько звезд на небе, сколько камней на берегу.

- Ну, и что же получается?

- Если к камушкам добавить кусок песчаника, камней больше, чем звезд на небе, получается.

- М-м-м... - пожал плечами Чаячи.

- Но это ничего, кусочек песчаника за камень можно не считать. Другое трудней: сосчитать, сколько деревьев упавших лежит на земле, стоящих сколько.

- Ну, а здесь что получается? - заинтересовался Ча-ячи и вложил саблю обратно в ножны.

- Засохшую осину не знаю куда прибавить. Прибавлю к лежащим - лежащих больше получается, прибавлю к стоящим - стоящих на одну больше.

- Да, это тяжелая задача, - покачал головой Чаячи.

- Это тоже еще не беда, пустую, засохшую к лежащим добавить надо. Тяжело вот что было считать: сколько мужчин и женщин на свете.

- Интересно, кого же больше? - спросил Чаячи и даже наклонился к Чаблаку.

- Если тебя, Чаячи, прибавить к женщинам, то получается на одну женщину больше. А если к мужчинам - тогда больше на одного мужчину. А я затрудняюсь: кем тебя, Чаячи считать?

- Как это - затрудняешься? - закричал Чаячи.

- Так-то я знаю, - сказал Чаблак,-мужчина ты, но делаешь все так, как жена скажет. К женщинам тебя прибавить надо.

- Нет, нет, - возразил Чаячи, - мало ли что она говорит, я по-своему сделаю. Возьму да и никому не сниму голову. Изберем тут пащтыка - и все дело.

- Тогда я тебя к мужчинам прибавлю... - сказал Чаблак.

- Ну, давайте паштыка выбирать, - посмотрел на птиц Чаячи. - Кого изберем, Журавля, что ли?

- Разве в паштыки вора-Журавля выбирать можно?- закричал Кулик. - Он на пашне у людей ячмень глотает.

- Нет, - сказал Чаблак, - Журавль не годится. На сборщика налогов походит. Лучше Кытлык-куша - Павлина изберем.

- Кытлык-куша! - закричали и засвистели все птицы. - Кытлык-куша! Пусть нами правит.

И стали по перышку у себя из крыльев брать и отдавать Павлину. Оттого у Павлина теперь и хвост такой красивый, всеми цветами переливается.

А Чаблака с тех пор спасителем птиц считают. Поэтому охотники в него и не стреляют никогда.

В обработке Софрона Тотыша


<<<Содержание