Главная страница
 Обратная связь
 Каталог сайтов
 
 
 Алеутские сказки
 Долганские сказки
 Ительменские сказки
 Керекские сказки
 Кетские сказки
 Корякские сказки
 Саамские сказки
 Тувинские сказки
 Удэгейские сказки
 Ульчские сказки
 Хантыйские сказки
 Чукотские сказки
 Шорские сказки
 Эвенкийские сказки
 Эвенские сказки
 Энецкие сказки
 Эскимосские сказки
 
  Внимание, перейти на источник, виниловые пластинки со скидками.
  
 
 

Нирайдак


Давным-давно, когда земля едва только начала создаваться, когда голубое небо над ней только еще ставилось, – вот тогда-то в месте, где скрещивались длинные реки, на одном островке стоял чум, сделанный из восьми прутиков тальника и покрытый тремя беличьими шкурками. В чуме том жил человек. Звали его Нирайдак.
Носил он шубу, сшитую из двух соболиных шкурок, надевал шапочку, сшитую, из одной беличьей шкурки, а рукавицы – из двух бурундучьих шкурок.
Был у него верховой олень – Кабарожка – да нож из кабарожьей кости. Больше ничего у него не было: ни братьев, ни сестер, ни отца, ни матери. И некому ему было сказать: «Мама и папа».
Один-одинешенек был. Зверя промышлял, рыбу ловил, так и жил. Белку убьет, а кажется ему, что лису убил. Косулю убьет, а кажется ему, что не косуля это, а сохатый. Из птиц самая маленькая, чипича, казалась ему орлом.
Долго так жил. Стал он думать, что сильней его на всем свете, наверное, никого и нет.
Решил он однажды по свету походить, людей разных повидать, силою своею с богатырями помериться, а заодно и жену себе найти, да такую, чтобы была самой красивой из всех женщин на земле. Позвал он своего верхового оленя-двухлетку, Кабарожку свою, и говорит ему на ухо:
– Кабарожка моя двухлетняя, сделайся ты огнедышащим кабаном-секачом да лети над землей на полтора .аршина и неси меня туда, где живут богатыри и все самые красивые женщины.
Та Кабарожка двухлетняя вмиг сделалась огнедышащим кабаном-секачом. Нирайдак сел на него и поехал.
Много людей огнедышащий кабан-секач поражал своими клыками, острыми как ножи, давил своими копытами, тяжелыми как камни.
Нирайдак же едет, посматривает по сторонам и рот свой не закрывает-песни все время поет. Веселый он был. Доехал до большого-большого ущелья и встретился там с богатырем. Звали его Дёлони-каменный человек.
Слез Нирайдак со своей двухлетней Кабарожки, привязал оленя за куст, вынул свой нож, сделанный из кабарожьей кости, и, расхрабрившись, пошел прямо на Дёлони-богатыря. Или убью, – думает, – или покалечу его .
Стал Нирайдак подходить к нему. Близко уже дошел, да за прут ногою задел, упал и носом своим прямо в пятку Дёлони-богатыря ударился.
Обернулся Дёлони-богатырь:
– Кто ты такой, откуда свалился и почему такой маленький?
Поднял его и на ладонь свою поставил.
– Я – Нирайдак и тебя, Дёлони-богатыря, не боюсь, убью тебя сейчас.
Замахнулся он своим ножом из кабарожьей кости, прыгнул на грудь Дёлони-богатырю и стал кричать громким голосом, думая запугать Дёлони-богатыря.
Засмеялся Дёлони-богатырь и, чтобы не ушибить, поднял Нирайдака двумя пальцами и засунул к себе за пазуху.
Нирайдак сразу и про песни свои забыл, но испугаться не испугался. Стал в рукав пробираться. Добрался до конца рукава и прыгнул на землю. В два прыжка настиг он своего верхового оленя, свою Кабарожку двухлетнюю, вскочил на нее и поскакал. За выступом горы обернулся и закричал:
– Эй, Дёлони-богатырь, берегись! В другой раз приеду к тебе – жир с костей твоих срежу, а из костей мозг твой весь выколочу. Будь здоров!
И уехал. Приехал в то место, где все самые красивые женщины жили. Выстроил их всех в один ряд, посмотрел, полюбовался на них. Выбрал самую красивую, сел с ней на свою Кабарожку двухлетнюю и домой поскакал.
Дома пустил он пастись свою двухлетнюю Кабарожку, а женщину в свой чум, сделанный из восьми прутиков тальника, крытый тремя беличьими шкурками, хотел ввести. Да как она в такой чум войдет?
Выстроил Нирайдак новый чум, такой просторный, казалось ему, как небо над головой, а сам рыбачить отправился. Поймал он двадцать пять гальянов, насадил их на прутик, но даже от земли не поднял, такие они были тяжелые. Пошел за женой.
– Жена, рыбы я наловил так много, что одному мне никак не принести.
Жена от радости чуть не взлетела, побежала скорей к реке.
– Где же рыба? – спрашивает она.
– Как? – удивился Нирайдак. – Сопку ты видишь, деревья видишь, а рыбу мою не видишь! Почему так?
Посмотрела жена на гальянов на прутике и рассердилась. Взяла их одной рукой, в чум принесла, сварила, а наесться не наелась.
Положил ей тогда Нирайдак камень на живот, чтобы она есть больше не просила, а сам в тайгу пошел.
Лежит жена и думает: Ни еды, ни одежи от такого мужа – не жизнь, а мука!
И ушла от него жена-красавица куда глаза глядят, куда ноги несут-туда, где красивые, сильные и добрые мужчины живут.
А Нирайдак живет теперь один, без жены, но веселый и удалый такой же по-прежнему.


<<<Содержание