Главная страница
 Обратная связь
 Каталог сайтов
 
 
 Алеутские сказки
 Долганские сказки
 Ительменские сказки
 Керекские сказки
 Кетские сказки
 Корякские сказки
 Саамские сказки
 Тувинские сказки
 Удэгейские сказки
 Ульчские сказки
 Хантыйские сказки
 Чукотские сказки
 Шорские сказки
 Эвенкийские сказки
 Эвенские сказки
 Энецкие сказки
 Эскимосские сказки
 
  г. Омск продается 1-комн.квартира 55м2 - 1 780 000р
  
 
 

Когда куропатки смеяться стали


Недалеко от зимовья куропатки кормились. А в зимовье веселые люди жили: охотник с женой, их старые родители, ребятишки.

И все-то у людей было ладно да складно. Песни да радость в избе. Шутки да смех около дома. В тальниках слыхать дружные голоса!

А куропатки поедят и нахохлятся – скучают! Завидуют птицы:

- Счастливые ханты! Котел не всякий день полон. А чему-то все рады. Чему?

Один раз возвращались ребятишки с болота. Осень была. Снег не выпал, но дул холодный, пронзительный ветер. Насквозь куропаток пробирало, хотя они уже в зимних шубках сидели. Видят – дети домой бегут, смеются.

Окликнули птахи мальчишек и девочек:

- Где веселье нашли?

- На болоте, - посмеиваются ребята. Кузова заплечные друг у друга пооткрывали. – Смотрите, сколько радости нашей матери несем и обеим бабушкам.

- У самих пальцы, как клюква, и носы от стужи, как клюквины, сизо-красные, - бормочут куропатки. – Чем сердце тешат? Не понимаем…

В другой раз дело зимой было. Глядят куропатки – хозяйка тащит по глубокому снегу на грузовой нарте обломки сухар. Толстые бревешки! Высохли стволы на корню, а все равно тяжелые.

- Трудно? – птицы у женщины спрашивают.

- Слов нет, нелегко, - отвечает мать.

- А почему улыбаешься? – допытываются куропатки.

- А я дрова притащу, чувал вытоплю. Семья согреется. Еда сварится. Всех накормлю. Одежду, обувку для всех просушу, погрею. Семейство оденется, пойдет работать. Кто на промысел, кто у дома, кто в амбаре. Все за дела примутся, как не радоваться.

- У-у-у, - бормочет стая. – В заботах разве веселье есть? Не понимаем…

И опять нахохлились.

Скучают, покуда голод их шевелиться не заставит. И все мечтают, как у людей веселье перенять.

Под весну охотник с дальнего промысла пушнину нес. Спина под грузом дичи согнулась. В нарточке лосиное мясо грудой. Сам улыбается и на солнце щурится радостно.

- Еле лыжи двигаешь, а веселый, - дивятся куропатки.

- Удачно поохотился, - отвечает мужчина. – Семья сыта будет. Старики довольны останутся. Похвалят: сын – кормилец.

- Не понять, - переговариваются куропатки. – Ему приятно свою еду отдавать другим.

И опять сидят - скучают.

Много ли, мало ли минуло, люди из зимовья в гости к деревенской родне уехали. Оставили домовничать деда с бабой.

И снова в тальнике смех доносится да беседа ласковая.

- Ладно, - говорит самая старая куропатка, - попробуем старика обмануть. Если удастся его провести, обязательно засмеемся.

Закружилась стая над зимовьем. В оконца стучат клювами, в двери мохнатыми лапками царапают.

- Дед, - велит бабушка, - лови куропаток! Им в таловой роще тесно, на избу сели.

Вышел дед, начал кругом избы пленки – петли волосяные ставить. Настораживает, навешивает силки над тропинками, которые куропатки натоптали. На пальцы дышит – зябнут!

Студено!

Белые куропаточки, милые головки бочком, на старика хитро поглядывают.

- Дедушка, зачем в такой мороз по нашим следам ходишь? Сидел бы у чувала, грелся.

- Я пленки-ловушки вынес, - отвечает охотник. – Ловить вас буду. А поймаю, тогда у огонька вдосталь посижу.

Переглянулись птицы и поучают старика:

- Что нас ловить петлями-силками? Выгони старуху. А в избе-то помой да прибери. Мы беленькие, молоденькие, сами прилетим.

Дед поскорей силки кинул и домой.

Заходит в избу – так-то всюду показалось ему нечисто, неубрано. Закричал он на хозяйку:

- Перетаскивай свое добро в амбар. Там жить будешь. Вон собак сколько! Обогреют.

Старуха заплакала. Не уходит. Сроду ей дед громкого слова не говаривал, а теперь гонит. А старик еще пуще сердится.

- В избе прибирать не стану. Ишь, три хозяйки, закоптили, запоганили! Ступай вон!

Обиделась старуха. Но видит, деда не переспорить. Кабы все дома были, другое дело.

- Ну, ладно! – говорит старуха. – Пойду…

Кликнула бабушка собак в амбарчик. Навесила там полог из шкур, настелила шкурок, и с собачками ей тепло.

А старик воды нагрел – и ну скоблить стены да потолок, нары да полки. В окошко тонкую льдинку вставил. Пол пихтовником застелил. А чувал белой глиной выбелил. То-то светло в дому, то-то свежо – как в новом. Дед и себя прибрал. Праздничную малицу надел с разноцветными узорами из ярких суконных полосок. Оленьи сапожки, выше колен, натянул. Обувка тоже изузорена мехом, и бисером. Ой, пригляден старик! Не зря говорят, наряди пенек, и то паренек.

Растворил дед избу, запел, хотя и утомился с приборкой:

- Куропаточки беленькие, молоденькие! Пожалуйте к моему очагу, беленому и топленому. Будьте хозяюшками!

Ждал-подождал, не слыхать крылатых озорниц, не видать. В тяжелой малице поплелся усталый дед к тальникам. Еле-еле широкие подволоки-лыжи двигает. Прибрел в тальники. Куропатки на кустах охорашиваются да ощипываются. Одна другой белоснежней.

Старик их укоряет:

- Куропаточки белые, что же вы в гости ко мне не идете. Я старуху выгнал в амбар. А в избе-то прибрал. Дверь растворял, вас звал да звал.

Захохотали куропатки. Таким смехом залились, закатились. Снег ветвей посыпался!

- Ах ты, старый ловец! Где это видано, чтобы вольные птицы в избенке жили? Мы над одним лужком летим – покормимся, на другом снегу зароемся. Переночуем, на новые луга полетим.

Вот так!

И вспорхнули стайка за стайкой, будто буран понесся, будто вьюга по-над вербными вершинками.

Погнался было старик за птицами. Да куда! Лыжи – не крылья…, а слетели. Старик в рыхлый снег с лету да и провалился по горло. Хорошо – изба-то близенько, он и закричал что есть мочи:

- Старуха, что в тепле расселась, не видишь работы! Иди откапывать мужа!

Засмеялась старушка в амбаре. И куропатки хохочут на всю округу. Так и хохочут до сих пор по-человечески.

Услышишь смех в безлюдном поле зимой, не бойся. Не над тобой смеются дружные птахи. Вспоминают, как погнался дед за ними да и застрял в снегу по самую голову, как кол в сугробе.


<<<Содержание